Борис Михайлов
Родился в 1938 году в Харькове (Украина).
Живет в Берлине (Германия).
РАБОТА:
"Diary" («Дневник»). 1980-2016
Фотографии, 30 х 21 каждая
Предоставлено автором
Настоящие фотографии создавались Борисом Михайловым в поздние советские годы, но извлечены из архива они были совсем недавно. В 2016 году 900 своих фотографий, по большей части ранних, он собрал в авторской книге "Diary" («Дневник»). Проект этот был посвящен группе «Голубая лошадь», которую в 1950-е годы основали молодые харьковские стиляги. «Они», – как рассказывает Михайлов, – «создали небольшое сообщество, мечтавшее о другой и свободной жизни, они слушали западную музыку, занимались творчеством и т.п. Они были арестованы, и некоторые оказалась в заключении. Мы впоследствии видели их дело, в котором оказалось много фотографий: ребята снимали себя на пляже в купальниках. В результате они были обвинены в том, что, как было написано в деле, принимали «западные позы», и в результате сели в тюрьму по обвинению в порнографии. Таков был контекст эпохи, когда я пришел в фотографию». В представленных в «Дневнике» работах высокий профессионализм их автора оказывается скрытым. Фотографии – разумеется, намеренно – выглядят как любительские. Более того, их простодушие моментами таково, что остается неясно, что собственно снимал их автор? Что его интересовало, когда он спускал затвор фотокамеры? Именно так, подвергая снятию авторское намерение, Михайлов пытался вырваться из сложившихся канонов изображения советской жизни, пытался преодолеть как ее официальный парадный образ, так и критический пафос, владевший фотографами неофициальными. Поэтому работы эти создают неожиданный и волнующий эффект приобщения к подлинной, ничем не замутненной реальной жизни. Наконец, нетрудно заметить, что материал "Дневника" отчетливо делится на две группы. Одна представляет повседневные сцены советской жизни, а другая – мотивы эротического характера. И если образы первой группы представляют жизнь как бы пустотную и бессобытийную, то сюжеты интимные, напротив, полны хоть и безыскусного, но подлинного артистизма. Так, Михайлов показывает, что сфера публичная в советское время оказалась столь сильно ритуализирована, что единственное, что выдавало в ней присутствие живой жизни, это ее непреднамеренные сбои – неуклюжая поза, неловкий жест, случайная гримаса и т.п. И в то время сфера интимная, скрытая в частных пространствах, становилась зоной игры и раскрепощения. Здесь в качестве альтернативы ритуалам официальной жизни создавались свои ритуалы – ритуалы свободы.
Made on
Tilda