ВЫСТАВКА «БИОГРАФИЯ: МОДЕЛЬ ДЛЯ СБОРКИ»
Виктор и Елена Воробьёвы
(Казахстан)
РАБОТА:
«Необходимые добавления. Домашний архив». (2010-2019)
Бумага, цифровая печать, тушь, акрил и карандаш
В настоящей работе художники использовали фотоматериалы из своего семейного архива. Причем во многих случаях речь идет о фотографиях репрезентативных, созданных подчас фотографами из ателье и призванных документировать основные этапы нашей жизни: младенчество, юность, поступление и окончание школы, вступление в брак, рождение детей, собственные юбилеи, похороны и т.п. Подобные изображения, даже если они и любительские, имеют обычно устоявшийся формат, ракурс и тип репрезентации, т.е. являют собой навязанный извне репрезентативный фрейм, который подчиняет себе бесконечное многообразие субъективностей. Подобные широко распространенные формы фиксирования лично пережитого вслед за классиком социологии Морисом Хальбваксом стали называть «рамками памяти». Особенность этих изобразительных «рамок» в том, что они, не имея претензий на художественность, т.е. на интерпретационное претворение модели, претендуют на объективный статус, а также и в том, что они не только навязывают стандартную иконографию, т.е. что и как документировать, но и что и как помнить. Именно это и имела в виду Елена Воробьёва, когда писала, что использованные в работе материалы были фотографиями для «Большого брата», для «государственной машины», которая, «отщелкивая фотоаппаратом своих граждан», создавала из этих «лишенных приватности фотообразов» социальные орнаменты.

Обратившись же к метафоре орнамента, Воробьёва имела в виду его искусственный и отвлеченный характер, что обнаруживает себя в практике авторитарной власти, спускающей сверху некие нормативные и лишенные естественности формы жизни. При этом именно прием орнамента художники и положили в основу настоящей работы. Они прихотливо организуют на листе несколько однотипных фотоизображений, или же рукотворно раскрашивают их, или же дорисовывают некоторые их мотивы, выходя на листе за пределы фотоизображения и т.п. Будучи и в самом деле априорно условным и искусственным художественным средством, орнамент потому и используют в декорировании пространств, что он не нуждается в раме, которая обычно наглядно фиксирует в произведениях границу между иллюзией и реальностью. Воробьёвы, однако, обрамляют свои орнаментальные работы, что означает, что их задача — не столько показать границу между реальностью достоверной и той, что создана художественными средствами, сколько в том, чтобы представить то, как художественные средства преобразуют реальность. Таким образом, репрезентативные фотокарточки, став частью орнаментальной работы, утрачивают свой привычный статус объективного свидетельства и разоблачают себя как систему условностей.

Более того, если принять во внимание, что свои обрамленные орнаментальные коллажи художники экспонируют, выстраивая из работ достаточно прихотливые линейные ряды, то получается, что «Необходимые добавления» не просто представляют, как искусство преобразует реальность, а представляют представление художественного преобразования реальности. Подобное нагромождение условностей — рамирование фактов реальности, которые сами являются заключенными в раму изображениями, включающими в себя другие изображения и т.д., все это есть сокровенная суть орнамента. Ведь орнамент, как отмечал еще Иммануил Кант в «Критике способности суждения», раскрепощает воображение, которое в своем свободном полете захватывает все новые и новые пласты реальности. Так, если фотокарточка на документе, причастная к авторитету власти, непререкаемо утверждает, что она есть тождество с изображенным на ней субъектом, то Воробьёвым в их домашних орнаментальных экзерсисах удается свободно манипулировать собой, своим прошлым. Они возвращают себе и своим близким их собственные изображения, т.е. возвращают свои прожитые биографии.
Made on
Tilda